Контратаки под сиртаки

Ще один текст Жені Панкратова. Наскільки я розумію – написаний під враженням матчу Греція-Україна з відбору на ЧЄ-2004.

Як відомо, той матч наша збірна програла 0:1. Ну, і от що з цього питання хотів – але не мав куди – сказати (ну не в “Футболі” ж такий розгром збірної, та і “Динамо” теж, писати, правда?) Женя.

******************************************

Контратаки под сиртаки

Добрый ли день всем? (С опаской оглядываясь по сторонам – не стоИт ли поблизости камрад Nebaba с пыльным мешком, которым он усердно молотит по голове любого, кто… В общем, вы поняли. А я буду хитрее – ни разу не упомяну ни имени, ни фамилии. Разве что в эпиграфе…)

Леонид Буряк: “А может быть, в реанимацию?”

Отто Рехагель: “Я сказал – в морг!”

В ходе матча внимание привлекла фраза, несколько раз повторенная комментатором Вацко: “Очевидно, что наши тренеры избрали тактику игры на контратаках”. Не буду сейчас цепляться к терминам (не “тактика”, а “стратегия”), не в этом сейчас дело, однако хочу поделиться мыслями по существу.

Хорошо понимаю, что “очевидно” для комментатора еще не “так оно и есть” для тренера. Вполне вероятно, что на самом деле задумки и планы на матч были иные. Однако предположим, что Вацко не ошибся и против Греции действительно была применена игра на контратаках. Вполне допустимое предположение. Особенно если учесть, что никакой другой стра… простите, тактики за все 90 минут вообще не просматривалось.

В таком случае имею наглость заявить следующее. Если тренер избирает на матч стратегию игры на контратаках, то в его команде непременно должны быть в наличии следующие компоненты.

Мощная, хорошо обученная и сыгранная, глубоко эшелонированная линия обороны (причем сюда включаются не только защитники, но и остальные полевые игроки, относящиеся к “группе обороны”), способная выдержать длительную и серьезную осаду собственных ворот. Ведь контратаки предполагают отказ – преднамеренный или вынужденный – от инициативы, передача ее в руки соперника и, как следствие, необходимость большую часть матча проводить, отбиваясь от массированных атак противника.

Игрок (лучше несколько), способный в кратчайший срок оценить ситуацию и, получив мяч, дальним (необязательно) точным (обязательно) пасом отправить своего партнера в скоростной отрыв по наиболее безопасному маршруту и без необходимости тратить время и силы на обработку мяча и обыгрыш соперников. Называйте такого игрока как хотите – плеймейкер или диспетчер, не суть важно, хотя для меня, например, разница между тем и другим такая же, как между компьютером и арифмометром. Первый точный и достаточно длинный пас необходим – ведь стоит замешкаться на какую-то секунду, просчитывая дальнейшие ходы или обрабатывая мяч, и от контратаки остаются одни воспоминания. Такой игрок должен принимать посильное участие в разрушении атак соперника, но не увлекаться этим чрезмерно, поскольку его основная функция заключена все-таки в ином: он обязан великолепно читать игровую ситуацию и в момент перехода мяча от соперника к его команде оказаться либо поблизости от мяча, либо в такой выгодной ситуации, когда любой – подчеркиваю, ЛЮБОЙ! – партнер не имел бы затруднений в передаче ему орудия труда. Иными словами, такой игрок в ходе матча должен регулярно и осмысленно оказываться в зоне так называемых “чистых мячей”.

Быстрый форвард с мощным стартовым рывком, способный уйти в скоростной отрыв и не задумывающийся при обыгрыше вратаря. Заключительные действия такого нападающего у ворот соперника должны быть предельно просты и отработаны до автоматизма, а сам он обязан быть в известном смысле самоуверенным эгоистом, чтобы, оказавшись с глазу на глаз с голкипером, не крутить головой по сторонам в поисках партнера, а решать эпизод самому.

Допустимы, хотя и не очень желательны, варианты, своеобразные, назовем их так, эрзац-заменители. Например, наличие в команде вратаря экстра-класса несколько снижает требования к защитной линии (см. пункт 1), но ни в коем случае не отменяет эти требования вообще.

Варианты, безусловно, многообразны. Не так давно в “МЮ” в роли диспетчера неоднократно и порой весьма успешно выступал даже вратарь – Фабьен Бартез, ни на секунду, даже в самых тяжелых ситуациях, не выпускавший из виду позиции своих форвардов и обладавший удивительно точным дальним пасом. Вы и сами помните, сколько раз Бартез выносом от своих ворот организовывал острейшие контратаки, выводя партнеров фактически один на один с киперами противника. (Примечание на всякий случай: я сейчас говорю не обо всех вратарских достоинствах Бартеза, к числу которых надежность относилась крайне редко. Собственно, это примечание для иногда заглядывающих сюда пионеров, способных по недомыслию превратить последний абзац в пункт обвинения Пан.Евгения – дескать, бредит Пан, не вратарское это дело – пасы раздавать.) Однако при всем их (вариантов) многообразии это всего лишь варианты осуществления общей стратегии игры на контратаках. Что-то наподобие трех рас человечества – европеоидная, монголоидная, негроидная – хотя у представителей любой из них обязательно имеются четыре конечности, двадцать пальцев, отсутствие хвостатости, аппендикс и прочая требуха. (Возможно, выпускник тренерской школы, прочитав все вышесказанное, поднимет меня на смех и обзовет, как это принято в тренерской среде, вульгаризирующим дилетантом. Хотя мне почему-то кажется, что до сих пор мои умозаключения отсутствием логики не грешили.)

Так вот, достаточно эффективная игра на контратаках возможна только при наличии всех трех перечисленных компонентов одновременно. Если их два, то целесообразность и эффективность подобной стратегии падает наполовину, при наличии только одного компонента контратаки становятся почти нереальны, а если у тренера под рукой нет ни надежной обороны, ни умелого диспетчера, ни скоростного и решительного форварда, то его ставку на контратаки следует назвать либо утопией, либо, что куда хуже, профанацией.

Само собой, нельзя утверждать, что ни одна из “контр” не пройдет – на противоположной стороне поля играют тоже живые люди и за 90 минут соперник почти наверняка допустит пару-тройку грубых позиционных ошибок, обрезок, которые приведут к опасным выходам 2 в 2 или 2 в 1, но строить на этом ВСЮ МАТЧЕВУЮ СТРАТЕГИЮ – нелепость, попросту самоубийство!

Ведь подобная – даже тщательно продуманная и обеспеченная! – стратегия при всей своей внешней эффектности (журналисты тут же склонились над блокнотами и торопливо черкнули в них – “пружина распрямилась и больно ударила по самому святому, что есть у настоящего мужчины, – по воротам!”) очень рискованна. Опровергнуть ее – раз плюнуть. Единственная ошибка обороняющихся, быстро пропущенный гол – и весь генеральный план на игру с неприличным звуком исчезает у пса под хвостом. Команда, исповедующая такую стратегию, обречена ходить по лезвию ножа – до первого взятия ворот. Потом или становится легче, или планы приходится менять. Что уж тогда говорить, если вся матчевая конструкция возводится на песке в полосе прибоя!

Давайте глянем чуть назад – на “Динамо” образца 97-99 гг. Едва ли не лучшая на тот момент в Европе пара центральных Ващук – Головко, отличный голкипер Шовковский, как-то раз выдвигавшийся даже в соискатели “Золотого мяча”, обладатель умного и неожиданного паса Калитвинцев (плюс в какой-то степени Михайленко, Максимов и даже Ребров, способный сыграть нестандартно в подыгрыше), наконец, скоростные, техничные и решительные Шевченко и тот же Ребров. Косовский, опять же, слева. Налицо все три компонента. Потому-то у киевлян частенько проходили грозные кинжальные выпады, разрывавшие практически любую оборону. Потому-то именно тогда “Динамо” претендовало на звание “чемпиона мира по контратакам”. Потому-то именно тогда была классически разорвана в куски обожающая атаковать и с пренебрежением относящаяся к обороне “Барса”. (Правда, в отличие от любящих вспоминать сей славный эпизод из биографии ДК, я не забываю, как вскоре после этого, в том же сезоне, “Динамо” было разорвано “Ювентусом”, который на контратаках сам собаку съел и против которого такая стратегия сработать не могла.)

Теперь же из необходимых составляющих в “Динамо” в наличии с трудом один – Белькевич, когда он не травмирован и в форме (еще, с некоторой натяжкой, Чернат). В обороне зияют чудовищные дыры, Шовковский (к великому сожалению – потому что чертовски талантлив) психологически ненадежен и очень нестабилен, Реву по непонятным причинам отправили в отставку. И скажите – когда вы в последний раз видели в исполнении “Динамо” торжество контратакующей игры?

Опять-таки необходима оговорка. Даже сейчас киевлянам иногда удаются успешные контратаки, но теперь это НЕ ОСМЫСЛЕННОЕ ВОПЛОЩЕНИЕ ПЛАНА НА ИГРУ, а ЭПИЗОДЫ, ВОЗНИКАЮЩИЕ СПОНТАННО, из-за нередких промахов соперника. Правда, даже то, что временами получается, в большинстве случаев удачно запарывается тяжеловесным и медлительным Шацких и почему-то неуверенным в себе Ринконом. (Я говорю о матчах с серьезными соперниками, а не о разминках с “челноками” в чемпионате Украины.) Когда Максим положил тот самый памятный гол “Ньюкаслу”, это вызвало такой непонятный восторг, словно он повторил подвиг миланца Прати в финале КЧ-68/69 (хет-трик “Аяксу”), хотя форвард всего лишь выполнил свою обычную работу. “А я-то думал, что ты у нас дурак!” – приговаривал грубый Корнеев” (с) – А. и Б. Стругацкие, “Понедельник начинается в субботу”).

Вернемся, однако, к делам нашим скорбным. То бишь к сборной и ее игре в Афинах. Итак, тренерами якобы избрана “тактика контратак”. На первый взгляд, все внешние признаки этого были налицо. Один так уж точно – греки осиным роем вились над воротами Шовковского, наши отмахивались от них чем и как попало, а где-то впереди, почти незаметный, в ожидании паса перемещался Шевченко, призванный воплотить глубокий тренерский замысел в реальность. Первая более-менее осмысленная контратака у наших (проход Гусина по правому флангу, пас в центр к линии штрафной на Шевченко, пауза и скидка левее и глубже на Закарлюку) прошла только на 30-й минуте и закончилась ничем: Закарлюка сыграл более чем убого.

Самое время возразить: есть стратегия – то, что задумал тренер, а есть тактика – воплощение этих задумок игроками на поле. После чего как дважды два четыре доказать, что с такими, с позволения сказать, “закарлюками” никакой, даже самый гениальный план осуществлен быть не может. Хорошая версия, имеющая право на существование, но я при анализе какого-либо события привык придерживаться дедукции – той самой, на которую в свое время так конкретно подсел Шерлок Холмс (“ДЕДУКЦИЯ (от лат. deductio – выведение) – вывод по правилам логики; цепь умозаключений, звенья которой связаны отношением логического следования. Началом дедукции являются аксиомы, постулаты ИЛИ ПРОСТО ГИПОТЕЗЫ, имеющие характер общих утверждений (“общее”), а концом – следствие из посылок, теоремы (“частное”). ЕСЛИ ПОСЫЛКИ ДЕДУКЦИИ ИСТИННЫ, ТО ИСТИННЫ И ЕЕ СЛЕДСТВИЯ.” – все выделено автором. – П.Е.)

А какая у нас посылка? Отнюдь не та, что почтальон Печкин принес для Шарика. В нашей посылке лежит не фоторужье, а три компонента, которые необходимо иметь в команде тренеру для воплощения в жизнь его контратакующего плана. Помните их, да? Я с них начал.

Первое – “НАДЕЖНАЯ ОБОРОНА”. С некоторой натяжкой можно согласиться, хотя ошибок было предостаточно. Уже сама расстановка (краев (!); пара центральных, очевидно, оптимальна на данный момент) вызвала ряд вопросов. Для чего, например, в решающем матче (в котором, напомню, требовалась победа или, в самом крайнем случае, ничья) нужно было ставить слева крайне редко привлекающегося в сборную Шевчука, а Несмачного с его родного левого фланга переводить на непривычный ему правый (единичные случаи использования Андрея на этой позиции ранее были неубедительны)? Эксперимент с целью удивить соперника? Тогда он явно неудачен – именно по флангу Несмачного (которому был призван помогать малоискушенный в оборонительный действиях Ребров) греки в первом тайме ломились в нашу штрафную так, что аж свистело! Именно слабые навыки Реброва в игре в защите привели к пенальти (не буду сейчас подробно анализировать этот эпизод. Ни в плане его правомерности – мне показалось, что Сергей все-таки чуть-чуть подсек ногу уходившего от него грека, ни в плане “котюзи по заслузи” – это я имею в виду пеналь за “снос” Шевы армянами). Именно по зоне ответственности Несмачного прошла в итоге комбинация, приведшая к единственному в матче голу. И вообще, такие матчи – не место для экспериментов.

Вопросов было бы меньше, если бы не наличие в сборной Радченко. Приблизительно равный Шевчуку по опыту игры в сборной и по работоспособности, он намного гармоничнее смотрелся бы на привычном ему правом фланге, отдав бы при этом Несмачному его родной левый. А есть еще, между прочим, Попов (хотя хрен редьки не слаще) и есть еще, между прочим, Тимощук, которому справа играть намного сподручнее, чем Несмачному. Зря, что ли, его на протяжении нескольких матчей наигрывали именно на позиции правого защитника?

Таким образом, из всех возможных вариантов расстановки “крайков” изначально выбран едва ли не самый неудачный, который привел к жуткому перенапряжению у наших ворот в первые полчаса и мог бы привести к разгрому. Если бы не Шовковский. Александр в кои-то веки напомнил самого себя пятилетней давности. За весь матч он допустил лишь две бросившиеся в глаза помарки (отбил перед собой сильный удар; не дотянулся до невысоко пущенного через его голову мяча), но в обоих случаях защитники подстраховали и взятия ворот не произошло. А гол он, по всей видимости, отразить не мог, разве что мяч случайно попал бы ему в выставленную в шпагате ногу.

Осталось упомянуть опорных Гусина и Тимощука, которые, по большому счету, были не столько опорными хавбеками, сколько передними центральными защитниками. Без особого блеска – греки достаточно ловко растаскивали обоих по флангам, где и обыгрывали за счет скорости и быстрых передач в касание. К тому же несколько обрезок обоих едва не привели к опасным выходам соперников на ударные позиции.

Подытожим: при необходимости иметь в высшей степени надежную оборону мы этим похвастать не могли, что усугубилось рядом странных тренерских решений – не сыгранный ни с кем Шевчук, очень неуютно чувствующий себя справа (и не сыгранный же с Ребровым!) Несмачный.

Однако, пусть со скрипом, с огромной натугой, но оборона с задачей справилась (еще раз особое гран мерси Шовковскому). А вот второго компонента – “НАЛИЧИЕ ДИСПЕТЧЕРА” – почти не было. От кого следовало ожидать точных пасов? Воронин… Слишком много отрабатывал сзади (“благодаря”, кстати, Шевчуку. Точнее – потому, что того туда поставили), сил на рывки и ускорения не оставалось, на точные передачи тоже. Ребров… (см. “Воронин”, только в еще большей степени – все-таки Воронин физически помощнее). Впрочем, один великолепный пас вразрез на Шеву у Сергея прошел, но “один” – это не уровень диспетчера. Раз в год и курица кукарекает. Закарлюка… Вроде бы – по задумке- имел диспетчерство своей прямой обязанностью. В донецком “Металлурге” у него это получалось куда лучше (к тому же там, сдается мне, Сергей был отнюдь не главным “игроделом”. В клубе ведь он слева играет… И потом, Цихмейструк с Джамараули тогда кто?), в среду же у него не получалось даже исполнение элементарных стандартов (два навеса со штрафных с правого фланга ушли далеко за ворота). Крайне слабый уровень. Тимощук… Анатолий неплохо исполняет стандарты (даже странно, почему вот те два штрафных взялся бить Закарлюка), но точный пас в игре для него проблема. Словом, не его это. Гусин… Тем более. Андрей – превосходный разрушитель, но, отобрав мяч, в 19-ти случаях из 20-ти он тут же отдает его ближайшему партнеру, причем крайне редко вперед. Обычно – вбок или назад. Соотношение “надежность – креатив” у него 100 к одному. Я, например, страшно удивился, когда Андрей на исходе первого получаса прошел справа и отдал уже упоминавшийся острый пас на Шеву.

Пуканыч… А вот этот сюрприз был бы куда уместнее перевода Несмачного направо. Между прочим, именно нестандартный пас Адриана (посмотрите запись, если не обратили внимание) еще на своей половине поля начал атаку, которую не сумел завершить Калиниченко на последних секундах. А ведь провел пацан на поле всего-то минуты две. Светлая голова, что и говорить.

Практически все наши передачи вперед выполнялись не осмысленно и целенаправленно, а наудачу – вдруг Шевченко зацепится! Выносили все, кому не лень, даже Шовковскому пару раз удалось довольно точно и остро найти партнера на чужой половине поля. Несколько симпатичных пасов получилось в завершающей стадии у Шевченко, но это, извините, не его работа в данной игровой конструкции, однажды – у Реброва, еще у кого-то. Однако на СИСТЕМУ это никоим образом не походило, исключительно индивидуальная тактическая смекалка и исполнительское мастерство отдельных игроков.

Подытожим: при контратаках необходим игрок, умеющий дать первый точный пас. Ни один из наших футболистов этому требованию не удовлетворял. Единственный, кто смог бы, вероятно, сыграть остро и нестандартно, – Пуканыч – шанса не получил. Зато – тут, наверное, никто не сомневается – у нас был третий компонент – “СКОРОСТНОЙ ФОРВАРД”! Как бы не так. При всей многогранности своего таланта “ракетоносец” (см. материал “Боевые корабли футбола”) Шевченко за несколько миланских лет и благодаря своеобразному использованию его в СбУ немного специализировался. Его конек все-таки не скоростной отрыв, а атака из глубины с обводкой нескольких соперников. У Андрея отличный дриблинг, хорошая скорость, превосходный удар с обеих ног, но это НЕ НУЖНО ДЛЯ КОНТРАТАК! Как ни парадоксально это звучит. Это требуется для планомерного, солидного, терпеливого проламывания мощной эшелонированной обороны, но не для контратак. Не буду повторять корабельную тематику и цитировать самого себя. Скажу только, что при такой игре гораздо более уместен форвард типа Индзаги – получил, убежал, ткнул. Открыл рот и задрал майку на голову… Всё! Смотрите сами: фактически Шевченко за весь матч довелось завершать только две контратаки. Сначала после длинного выноса кого-то из наших Капсис (? – не уверен) на линии штрафной ошибся позиционно, мяч перелетел через него, и Шева головой сразу же попытался перебросить кипера. Неудачно. Затем был скрытый пас Реброва и выход один на один. Еще более неудачно. Все остальные – более или менее опасные – моменты возникали у Андрея тогда, когда он цеплялся за мяч где-нибудь у центральной или боковой линии и пытался на скорости пройти нескольких соперников подряд. Но это, извините, не контратаки, это называется уже немного иначе.

Может, завершать их призван был кто-то другой? Реброву и Воронину было явно не до того, да и стартовые рывки при неплохой курсовой скорости у них так себе. Закарлюка в среду не мог ничего не только завершить, но и начать. Воробей… Но он вышел слишком поздно и к тому же был отправлен не на острие атаки, а на правый фланг. Для чего он там был нужен – одному Bor_gу известно. К тому же для дончанина выходы один на один равносильны визиту к стоматологу – в обоих случаях он испытывает одинаковый страх.

И еще раз подытожим. Теперь уже все сразу. Стратегия – не пустой звук. Она не возникает по желанию тренера. Избирая тот или иной план на игру, следует обладать массой разнообразной информации о себе и сопернике, учитывать массу особенностей своей и чужой игры, знать и правильно оценивать свои и чужие возможности. Нельзя просто сказать: “Хочу играть на контратаках!” – и команда сразу же начинает играть так, как ты хочешь. Здесь действует несколько другая формулировка, точно как в “Кавказской пленнице” – “Имею желание купить автомобиль, но не имею возможности”. Вторая половина этого известного тоста – “Имею возможность купить козу, но не имею желания” – ненаказуема, зато первая – обязательна. У нас же при неизменном желании купить машину постоянно покупается коза.

Любопытно как получается: якобы мы действуем на контратаках. При этом защита трещит так, что уши закладывает (но это еще полбеды – главное не пропустить), никто не в состоянии дать сколько-нибудь осмысленный острый пас на выход, да и давать его, по большому счету, некому. “Я стою на асфальте, в лыжи обутый – то ли мазь не такая, то ли я …” Это так и планировалось?!

Рыга… Рыга… Пардон – Рехагель, кстати, изначально четко определил самые слабые места в нашей конструкции – фланги защиты – и греки с первых минут пошли их драть, как кот линолеум после валерьянки. Знание – сила, однако!

Самое досадное во всей этой истории: мы почти 80 минут держали тяжелую оборону, при этом кое-чего добились – если и не использовали ни одного из случайно подвернувшихся шансов, то и не пропустили, сидя запертыми на своей половине поля. А вот когда хозяева заметно подсели и наши игроки задышали свободнее, случился единственный гол, скрутивший дулю нашим претензиям не только на первое место, но и фактически на второе. Особая издевка заключается в том, что этот самый единственный гол греки провели в результате именно того, на чем и была построена вся наша стратегия, – в результате КОНТРАТАКИ.

Хочешь убить медведя – проверь, есть ли у тебя ружье, в ружье патроны, а в патронах порох. Хочешь действовать на контратаках – проверь прежде всего наличие в команде трех компонентов. Сверхнадежной СЫГРАННОЙ защиты (и классного вратаря), умного и расторопного диспетчера (лучше двух), скоростного наглого форварда (хотя бы одного). Тогда шансы есть. И очень хорошие. А у нас, к сожалению, пока что в ходу другая триада – “Авось не пропустим!”, “Авось убежим!”, “Авось забьем!” И ходим мы с этой авоськой по белу свету, неописуемо гордясь всякий раз, когда в нее случайно падают жирные куски. Так тоже можно играть, но называется это одним коротким словом – БЛЕФ.

В футболе часто бывает так, что одна маленькая вроде бы помарка тянет за собой тяжелую цепь серьезных проблем. Судите сами: несколько странное решение с крайними защитниками стало причиной тяжелой, долгой и изматывающей борьбы в обороне, что привело к необходимости часто отходить назад и тратить силы на защиту обоим нашим игрокам, способным организовать контрвыпад – Реброву и Воронину. А это, в свою очередь, оставило без точного паса Шевченко, заставило его смещаться к центральной линии и самому пытаться развить атаку. В итоге мы не атаковали и, самое печальное, не контратаковали, мы только защищались, иногда удачно вынося мяч. Что, во всем теперь обвинить Закарлюку? Или подлого бельгийского арбитра? Давайте уж заодно и Калиниченко – что ж он на последней минуте не забил-то, гад!

А может быть, все-таки выпишем очередную индульгенцию и скажем, как у нас принято: “план был превосходен, но КОЕ-КТО из игроков не выполнил установку на матч, мы расшифруем ТТД и непременно сделаем выводы”? Чем не мысль? Этого КОЕ-КОГО мы все равно никогда не узнаем, в сборной, как в стиральной машине,снова закрутится та же небольшая группка игроков, из которой вновь будут пытаться выдавить нечто большее, чем просто грязную воду, и в ней, в этой группке, опять появится тот самый КОЕ-КТО, а в следующем матче найдется КОЕ-КТО другой. И так до бесконечности…

Или… Нет, не будет никаких “или”. Я слово давал, а слово нужно держать. Тем более что держать его, судя по всему, осталось недолго.

Напишіть відгук

Заповніть поля нижче або авторизуйтесь клікнувши по іконці

Лого WordPress.com

Ви коментуєте, використовуючи свій обліковий запис WordPress.com. Log Out /  Змінити )

Twitter picture

Ви коментуєте, використовуючи свій обліковий запис Twitter. Log Out /  Змінити )

Facebook photo

Ви коментуєте, використовуючи свій обліковий запис Facebook. Log Out /  Змінити )

З’єднання з %s